Месяц тишрей необычайно насыщен праздниками. Конечно, это хорошо. Вот только перед ведущим рубрики «Шаг в традицию» встает непростой выбор: о чем писать, на каких праздниках остановиться? Сегодня мы предлагаем вашему вниманию статьи П.Полонского: «Урок дырявой крыши» и «Возлияние воды на жертвенник», посвященные празднику Суккот. Приятного чтения.

Пинхас Полонский

УРОК ДЫРЯВОЙ КРЫШИ

Невозможность существования без Божественной поддержки - зависимость или свобода?

Тора формулирует суть праздника Суккот следующим образом: "В шала-шах живите семь дней, чтобы знали потомки ваши, что в шалашах поселил Я сынов Израилевых, когда вывел Я их из Египта" (Ваикра 2З:4З). В течение всех сорока лет хождения по пустыне сыны Израиля не имели никакой прочной крыши над головой, они жили в шалашах, через крышу которых проникало солнце и капал дождь. Дырявые крыши шалашей учили наших предков тому, что человек никогда не может ощущать себя полным хозяином ситуации, напротив - он должен ощущать непрочность крыши над собой, ненадежность земных богатств, невозможность существовать без постоянной Божественной поддержки. И Тора, которая заповедует нам праздновать Суккот, заставляет нас ежегодно повторять этот урок.

Однако человеку современному, неверующему и далекому от идей религии, такое постоянное ощущение зависимости от Божественной воли может показаться, пожалуй, чуть ли не унизительным. В течение последнего столетия нам со всех сторон внушали, что "ощущение своей зависимости от Бога, от высших сил является уделом примитивных древних верований, не-уместных в нашу эпоху". "Провозглашение человека абсолютно независимым" являлось одним из моральных идеалов атеизма; а нерелигиозный социалистический сионизм начала века проповедовал эту же идею в плане еврейской национальной судьбы.

Конечно, противопоставление "свободного человека атеизма" и "отягощенного зависимостью верующего" является не более чем карикатурой на религию. Иудаизм на самом деле не только является "религией действия". Он не только отвергает фатализм и призывает человека предпринимать конкретные активные действия для построения своей жизни, но, более то-го, он считает воздействие человека на мир грандиозным и даже, быть может, определяющим, ибо "Бог управляет миром в соответствии с тем, как ведет себя и чего достоин живущий в этом мире человек". Однако такое ощущение величия человека уравновешивается в иудаизме противоположным ощущением - ощущением того, что человек - это слуга (и даже, в определенном смысле, раб) Бога, что мы всецело находимся в Его власти, что над нашей головой не прочный потолок дома-крепости, а дырявая крыша шалаша. Гармония мира достигается лишь тогда, когда ощущение собственного величия и ощущение своей зависимости дополняют друг друга. Атеизм и нерелигиозный социалистический сионизм, однако, попытались уничтожить эту "зависимость". Они считали, что таким путем они "умножат величие человека" и достигнут "полной самостоятельности еврейского народа". Однако на самом деле результат их действий, разрушающих гармонию, оказался сегодня, на наших глазах, несколько не таким, как ожидали.

"Кто не хочет быть рабом Бога, станет рабом людей"

Тора утверждает, что "тот, кто не хочет быть рабом Бога, неизбежно станет рабом людей". Это касается как индивидуального, так и общенационального плана бытия. И эволюция социалистического сионизма, развернувшаяся на протяжении последних ста лет, является, к сожалению, классическим тому примером. На заре века нерелигиозный социалистический сионизм говорил об "освобождении евреев от внешней зависимости" - и действительно достиг, особенно в начале построения государства, значительных результатов в этом плане. Тем более впечатляющим представляется сегодняшнее абсолютное пренебрежение этим идеалом, зафиксированное в соглашениях "Осло-2". Ведь, по сути дела, в соответствии с этими соглашениями мы в вопросе борьбы с террором попали в полную зависимость от воли Арафата. Захочет - будет предотвращать террор против Израиля, не захочет - даст террористам и в дальнейшем укрываться на "территории автономии", как это происходит сегодня в Иерихоне. Какая горькая ирония судьбы: убегая от "зависимости от Бога", мы не только прибежали к зависимости от воли человека, но и попали в наиболее унизительную и ненадежную ее форму - зависимость от доброй воли банды террористов.

Оказалось, что религия не так уж недальновидна, как казалось кому-то сто лет назад. И сегодня нам следует понять, что ощущение своей зависимости от воли Бога является сов-сем не "унижением", а наоборот - не-обходимым компонентом свободы человека; и что, только выучив урок дырявой крыши, мы сможем стать по-настоящему свободными людьми.

ВОЗЛИЯНИЕ ВОДЫ НА ЖЕРТВЕННИК

"Цитрусовые" в Храме

Когда-то, много лет назад, еще в эпоху нашей ранней сионистской молодости в городе Москва, когда подпольно привезенная из Израиля литература не залеживалась на полках, а переходила из рук в руки и зачитывалась до дыр, попалась мне как-то книжка рава Адина Штайнзальца "Контуры Талмуда". И там я прочитал следующее: "Талмуд рассказывает, что отношения между поздними хасмонейскими королями, клонившимися к саддукейству и признававшими только Письменную Тору, и простым народом, придерживавшимся фарисейской линии и хранившим устную традицию, были весьма напряженными; и это напряжение иногда выливалось даже в кровавые столкновения. Однажды в праздник Суккот, когда король Александр Янай (2-й век до н.э.), совмещавший, как и иные короли хасмонейской (маккавейской) династии, пост короля и пост первосвященника, во время праздничного служения в Храме не захотел совершать предписываемый устной традицией обряд возлияния воды на жертвенник и вылил воду себе под ноги. Тогда возмущенный народ, находившийся в Храме, стал забрасывать короля апельсинами и лимонами. В ответ на это царь вызвал свою наемную (чужеземную) гвардию, и много народа было убито." (Кстати: ничего себе были взаимоотношения между евреями в независимом еврейском государстве древности! Посмотрев на историческую перспективу и сравнив ее со всеми нашими конфликтами сегодня в Израиле, сразу понимаешь, насколько длинный путь прошел в своем развитии еврейский народ за последние два тысячелетия).

Книга рава Штайнзальца была весьма интересной, только одного я понять не мог: откуда у народа, молившегося в Храме, взялись апельсины и лимоны? Да и вообще - апельсины вроде бы привезли из Китая в Европу в значительно более позднее время?

Лишь через несколько лет я понял, что причина моего былого непонимания - в ошибке переводчика. (Да, в семидесятые годы в интеллигентной русско-еврейской среде почти вообще не было людей, знакомых с еврейской традицией - так что прогресс за последние 20 лет более чем значителен). В праздник Суккот евреи на молитву в синагогу, а в древности - в Храм, приносят "четыре вида растений": этрог, лулав (пальмовую ветвь), мирт и иву. Переводчик же книги рава Штайнзальца не только не был элементарно знаком с этой традицией, но и переводил с английского перевода, а не с ивритского подлинника. А по-английски "этрог" переводят как "цитрон". Переводчику показалось неуместным написать "народ забросал короля-первосвященника цитрусовыми", поэтому он и решил заменить их на апель-сины и лимоны.

"Простонародный" обычай

Дни праздника Суккот были единственными днями в году, когда на Храмовый жертвенник, кроме обычного вина, возливали также и воду. Вино - воплощение тонкостей, глубин и тайны; вода - воплощение живительной простоты. Вино, возливаемое на жертвенник, символизировало "сод" - тайный, мистический уровень Торы; в то время как вода символизировала "пшат" - прямое, непосредственное восприятие Учения и Заповедей.

Саддукеи, к которым принадлежал и король, не признавали обычая возлияния воды на жертвенник не только потому, что его нет в Письменной Торе, но и потому, что им казалось, что непосредственное, прямое, простодушное понимание Торы подходит только для простонародья, но никак не для современного эллинистически образованного человека, и в знак презрения к "простонародному восприятию Торы" Александр Янай вылил воду не на жертвенник, а себе под ноги.       

Нельзя ограничиться философским познанием Торы, необходимо ее "простонародное" принятие

В ответ на это люди, принесшие для молитвы в Храм четыре вида растений, стали забрасывать короля-первосвященника этрогами. И хотя, конечно, выбор этрога в качестве оружия народа имел и чисто прозаическую причину - тяжелый и удобно кидать, не то, что пальмовые ветки, - в этом выборе, как нам кажется, был и "философский аспект". (Так уж все устроено на этой святой Земле: почти всякое столкновение в конце концов имеет под собой религиозно-философские корни.) Как известно, четыре вида растений, благословляемых в праздник Суккот, отождествляются с четырьмя типами евреев. Ива, не имеющая ни вкуса, ни запаха, является символом простых евреев, не обладающих ни познаниями в Торе, ни добрыми делами. Мирт, с запахом, но без вкуса - это евреи, совершающие добрые дела, но не обладающие мудростью. Лулав (финик), со вкусом, но без запаха - это мудрецы, не совершающие достаточно добрых дел; и лишь этрог, у которого в достатке и вкус, и запах - это те, кто сумел соединить глубину познания и широту помощи ближним. Бросая в сноба-первосвященника этроги, народ утверждал, что даже обладающий и мудростью, и добрыми делами не может ограничиться только философским познанием Торы. Без принятия Торы и ее реализации прежде всего в самой простой и наивной форме еврейский народ не может осуществить ни своего королевства, ни своего священства.

Хасидская поговорка гласит, что есть специальный ангел, который собирает молитвы еврейского народа, из которых он сплетает особенный венец Всевышнему. А в Симхат Тора ангел плетет этот венок из ботинок, стоптанных во время веселья и танцев со свитками Торы.

В Симхат Тора принято танцевать со свитками Торы, причем свитки свернуты и находятся в футлярах. Это является символом того, что сейчас все евреи находятся в равном положении: и те, которые знают текст досконально, и те, кто даже не может прочитать его. Конечно, не следует опускать руки, нужно стараться научиться чтению Торы в подлиннике, а те, кто знают написанное, тоже должны продолжать учебу и помогать остальным. Но сейчас, передавая свитки  друг другу в радостном танце, мы веселимся. Потому что это время нашей радости. Учиться мы будем, но это будет завтра. А сегодня..., сегодня мы закончили читать свиток Торы и сразу начали читать его вновь! Новый виток, новый уровень познания, новый сезон. И мы всегда рады, когда к нашему танцу присоединяется новый человек. Который завтра откроет священные страницы и окунется в живительные воды Торы. Успехов всем нам на этом счастливом и долгом пути жизни!